dimochkin: (Default)
Из всех слов, состоящих из трёх букв, самое неприятное - слово "всё". Я не люблю это слово. Я боюсь его. "Всё", и твое настоящее - уже твоё прошлое. Кто-то сказал "всё", и то, что определяло твоё существование, в один миг высыхает, сдувается, превращаясь в лубочную картинку, в абстрактный гербарий. И казалось бы - вот же оно здесь, смотрит на тебя, дышит, пульсирует - протяни руку и коснись! Но уже натянулась невидимая перепонка, и не прорвать её никакими бульдозерами.
А дальше всё банально просто, по прописанному задолго до нас сценарию. Пока Время слепой лавиной прёт напролом и тащит за шкирку без особых церемоний, часть тебя, ломтем отрезанная, остаётся позади, медленно покрываясь ржавчиной, обрастая ракушками, тяжелым омертвевшим якорем оседая на дно.
Нити, живыми струнами-нервами связывающее с ним, с еще не успевшим стать прошлым, натягиваются с хрустом, звенят от напряжения, вибрируют болью. И лопаются одна за другой - с брызгами, с рваными ошметками, с бессонницей... Пока наконец не обрывается последняя, самая прочная, самая упрямая. И только тогда можно успокоиться и сказать себе: Всё.

Извините, сорвалось - дальше будет смешнее :)
dimochkin: (Default)
Все мы гении. Просто ни вы, ни я не знаем об этом.
Вот, скажем, какой-нибудь сантехник... Ковыряется тот сантехник в трубах, патрубках, в дерьме ковыряется. А тем временем в голове его мощным потоком идёт напряженный внутренний монолог. И монолог этот порой приносит с собой совершенно гениальные, изумительные по глубине и проницателности мысли, идеи, озарения... Упала гайка - аформизм. Полетела прокладка - фельетон. Забилась труба - пьеса! Лишь успевай записывть. Да только... ну в самом деле, не дерьмом же на стенах пьесы писать? Да и зачем они, пьесы, сантехнику?

Или вот писатель. Тужится он, сердешный, пыхтит, волосенки рвёт, давит из себя, давит... А не идёт и всё тут. Ну не знает писатель, что настоящее призвание его в деревне, у сохи. Поле вспахивать да коров доить. Вот где талант пропадает. Уж он бы такие урожаи с удоями давал, страна упилась бы теми удоями да ужралась теми урожаями! А у него, как назло, мама в литературе, папа в театре. И вот он уже сам который год всё марает, марает, марает...

Да что за примерами далеко ходить - загляните хотя бы вот, в телевизор. Кай Метов - он думаете, что, музыкант? Ну он-то думает. А может у него ТАЛАНТ, да такой... Такой! Что даже и професси еще такой нет. Петросян - я вижу в нём шахтёра от Бога. И чем он глубже, тем лучше. А Задорнов Михаил? Ну кто бы еще мог так феноменально точить ножи? (Ну тууупы-ы-ы-ы-ы-ы-ые! Вжик-вжик!) Юра Шатунов - талант! Нераскрытый... зарытый... глубоко... очень... Зато Катя Лель - астрофизик. Да, черт побери! Нобелевский лауреат, нутром чую.

Есть у меня знакомый, программист. Средненький программист, че уж там, звёзд с неба не хватает. Но ведь учился, работал, да и кусок хлеба имеет, чего ж ему теперь? А он... геолог! Таланливейший! Глыбища! Он с детства в камешки влюблён - как они янтарём переливаются, с прожилками сербрянными, а иные с бусинками малахитовыми, а сами-то голубизны прозрачной, неземной... Он бы такие сокровища откапывал, такие месторождения открывал! Будь он, программист, на своём месте.

Так что, если встретился на вашем пути человек... даже и не человек, а так, бездарность, ноль, к тому же подхалим, идиот, да и просто откровенно дрянь человечишко... Не спешите плеваться. Остановитесь и вспомните - перед вами гений. А неужто мы, гении, друг с другом не договоримся?

Хочу?

Jan. 6th, 2010 10:01 am
dimochkin: (Default)
С желаниями тоже вот неувязки... Пожелаешь чего-нибудь, сильно-сильно, крепко-крепко, глазки зажмуришь, ладошки сложишь и прошепчешь так горячо: "Ну дай, пожалуйста...!" И таки даёт. Нет, правда, даёт. Но всегда в вывертами, с неточностями, с недомолвками, с сотней страниц мелкого нечитаемого текста.
Любви хочешь? Пожалуйста. Правда, есть одно "но". Она замужем, четверо детей и живет в Семипалатинске. И если закрыть глаза на криминальное прошлое и проблемы с наркотиками... Ты всё еще хочешь любви? А-а-а, поздно. Узнаёте вашу подпись? Ну так люби и не рыпайся.
Работу интересную? Бери! Стоп. Кто говорил про зарплату? Секундочку, причем здесь нормированный рабочий день? Какие выходные? Коллектив приличный?! Ну знаешь ли... Ты что, контракт не читал? Вот здесь, крупными буквами: "Интересная работа". Тебе интересно? Ну так работай, гад!
Самовыражения желаешь? Творческого полёта? Этого добра у нас завались. На вот. Свой собственный, свеженький, блестящий, абсолютно бесплатный аккаунт в жж. Самовыражайся. Что "ну"? Я откуда знаю. О чем хочешь, о том и пиши. Ты же у нас... писатель...
Умным хочешь стать? Мудрым? Жизнь хочешь понять? Вот тебе по морде жизненным опытом. И еще раз. И еще немного. Поумнел?
Что? Секса? Много? Хорошего и качественного? Ууу, батенька, да вы шалун. Можем предложить интересную работу, и тогда секса будет предостаточно. Ладно, ладно, что ж мы, звери какие... Впрочем, есть один вариант... Поздравляю, вы только что выиграли путевку в Семипалатинск!

Так что, не знаю как вы, а я в этот новый год ничего не пожелал. А вдруг сбудется.
dimochkin: (Default)
Не знаю, с чего это... Может съел чего за новогодним столом? Вы только громко не смейтесь, а?

Что он в ней нашёл? Этого она так и не смогла понять. Высокой, стройный с благородной, аристократичной бледностью, с идеально правильным профилем... И всегда чертовски холодный. Быть может именно этот, исходивший от него холод, и гнал толпы мурашек по её телу, заставляя сердце ухать куда-то глубоко вниз.
Нет, это просто недоразумение, что он, вообще её заметил. В конце концов, он - роскошный импортный холодильник с тремя отделениями и бездонной, как Марианская впадина, морозильной камерой. А кто она? Да никто - простенькая, отечественная кофеварка.
Пра любофф... )
dimochkin: (Аффтар маленький)
Несколько лет назад я был на русско-американской свадьбе - жених русский, невеста - американка, обоим около тридцати. Гостей развлекали слайд-шоу - компиляция из его и из ее детских фотографий. И вот что мне бросилось в глаза... Её снимки - яркие, цветные, сочные. На них улыбается веселый, розовощекий карапуз, нарядно и модно одетый. В глазах у карапуза отражается сытость и счастливое империалистическое детство. По качеству эти фотографии вполне бы могли сойти за свежие, снятые только что.

Потом были фотографии жениха: черно-белые, а скорее мутно-серые, мрачные, всё в каких-то подтёках, потёртостях, царапинах, пятнах, загибах. На снимках неулыбчивый мальчик на отечественном трехколесным велосипедике, с печальными глазами. Мальчик явно чем-то запуганный - то ли фотографом, то ли перспективой кататься на велосипедике - затравленно смотрит в объектив. Вот он в белой рубашечке (какой-нибудь утренник), в грязно-сереньких колготочках, в куцых шортиках, так плотно облегающих, что я удивляюсь, как он потом стал папой (а он таки стал). Если судить по детским фотографиям, разница в возрасте между женихом и невестой составляла лет 50, не меньше.

А наши детские фотографии, что, лучше? Взгляните. Что это за существо в убогонькой одежонке - неопределенного цвета клетчатое пальтишко; бесформенная шубка в стиле "превед медвед"; ремень с пионерской пряжкой поверх (!) шубки; варежки на резиночке от маминых трусов; валенки с лыжами сезона "Иван Сусанин-1613"; условно-меховая шапчонка из растерзанного чучелка, а-ля "робинзон крузо"; и непременно сопля под носом, покинувшая ноздрю в поисках лучшей жизни, и так и засохшая на полпути.

Летние композиции радуют не больше, особенно постановочные групповые портреты из детских садов или пионерлагерей: слева воспитательница, справа незнакомый, суровый тип - очевидно, работник органов, по совместительству, завхоз. Между ними в четыре ряда рассажены скрючившиеся рахитообразные детишки в одних трусах (почему в трусах?!) - не важно, мальчик или девочка. На голове у каждого обрывок тряпки с кодовым названием "панамка" или клочок газеты фасона "кораблик". У большинства детей в глазах тоска, безнадёга, лютая ненависть к фотографиям, к детскому саду и ко всей этой сраной жизни. Кто-то явно хочет сбежать. Кто-то - побыстрее вырасти и отомстить. Другие просто страдают на солнцепёке и давно желают по-маленькому.

На заднем плане, разумеется, железные качели эпохи и габаритов великой индустриализации; жуткого вида деревянный зверь, обитающий, по какому-то недоразумению, на детской площадке; и, конечно, будка бомбоубежища - непременный атрибут советского детства, ибо "а вдруг война"? Не хватает только рвущихся снарядов на горизонте, трассирующих пуль и гильз в детских ладошках.

И спрашивается: вот как объяснить этим сытым, довольным жизнью людям, что, в принципе, жили-то мы в цивилизации. Что не охотились с рогатиной на медведя и что огонь добывали спичками, а не трением палки о палки. И что детство у нас было счастливое. Покажешь им свои детские фотографии - так ведь не поверят...

УПД: Честно говоря, довольно неожиданная реакция на этот, в общем-то, безобидный пост. "Так вот почему вы уехали! У вас было гнусное детство! Мне вас жаль!"
Так вот, специально для любителей докапаться до истины и прочих психоаналитиков. У меня было замечательное детство, поверьте - всем бы такое детство. Этот пост представляет собой иронию с элементами здорового цинизма. А для желающих сделать еще какие-либо выводы по-поводу качества моего детства...Ну вы поняли.
dimochkin: (freddie)
Третий час заслуженный артист П. терзал гармонь и охрипшим голосом орал матерные частушки:

На горе сирень цветёт,
Того гляди, сломится.
Парень девушку е**т -
Хочет познакомиться!

Зрители ломились в двери, рвались в окна, протискивались сквозь толпу, крушили мебель.

Время сдвинули на час,
Суета на глобусе.
Раньше х** стоял в постели,
А теперь - в автобусе!

-Оооо! - стонала заведенная публика. Экзальтированные поклонницы выли и заламывали руки, мужчины раскатисто ухали, дети смеялись, старики трясли седой стариной. Под ободряющие крики заслуженный артист пустился в пляс, резво приседая под "яблочко" и задорно раскидывая руки.
-Эх, эх, эх! - выдавал он.
-Ух, ух, ух! - поддавала и притопывала толпа.

Мне сегодня между ног
Как-то очень весело.
Это милка мне на х**
Бубенцы навесила!

-Ну мужик, ты даешь! - покатывались представители народа, душно клубясь перегаром.
Подстегнутый народной любовью, П. вдруг сделал то, чего сам от себя никак не ожидал... )
dimochkin: (Default)
Когда я уезжал в Америку, мир был не такой как сейчас - другие разговоры разговаривались, другие думы думались, другие песни пелись. И, казалось бы, прошло не так много времени, а вот поди ж ты...

Кстати, о песнях...Когда я уезжал, Николай Фоменко еще пел в "Секрете", Валдис Пельш в "Несчастном Случае", Гурченко еще пела. Тимати и Дима Билан еще ходили в школу. Децл еще не ходил. Огромная страна блаженно не подозревала, что у Эдиты Пьехи есть внук. Родину ламбадило, макарэнило, колбасило и швыряло из одной крайности в другую, словно настроение Тани Булановой. Но вот она, наконец, развалилась и на свободу вырвался секс. "Позишин намбер ту!" - шокировал впечатлительных пенсионеров Кай Метов, и весь народ в едином порыве делал как Богдан Титомир.
Помню, Алла Пугачева прощалась со сценой, Иосиф Кобзон надел парик и занялся политикой, Боярский размахивал шпагой...Приятно сознавать, что остались еще ценности, неподвластные времени.

Когда я уезжал, в телевизоре показывали совсем другое. Якубович уже примерял скафандры в "Поле Чудес", но еще как-то без зверского оскала; Изаура еще рабынила на проклятого Леонсио; в честь Мануэллы называли улицы, детей и животных; Лёня Голубков хорошо прибавлял к пенсии, причём уже с утра; зато Александр Василич ждал до первой звезды; вентиляторный завод заключал, богатые рыдали, поколение выбирало (пепси-шмепси... главное, сухо!) и всё это под толстым-толстым слоем шоколада. И ведь смотрели же, и ведь радовались! При всём богатстве выбора другой простомарии не было.

Дом, который "2", успешно заменяли заседания Думы. Дом, который белый, уже обстреляли, но еще не отмыли. Фамилия "Собчак" еще ассоциировалась с политическим деятелем, а "Гордон" - с грязным ругательством. Президент уже был, но как-то местами, не совсем твёрдо, не вполне внятно и слегка не в фокусе.

Интернет еще не изобрели, а Петросян уже успешно воровал из него шутки. Мобильные телефоны существовали только в голливудских фильмах и были размером с главного героя. Электронное письмо к реальности имело такое же отношение, как узелковое. Блог - поэт серебряного века или вроде того... ЖЖ - две, поставленные впритык кабинки женского туалета. Айфоны...какие айфоны? Были телефонные будки - интерфейс, конечно, не тот, зато всегда было где справить нужду.

Когда я уезжал, не все девушки еще брили ноги. Пиджаки были всех цветов психоделической радуги, кроме человеческого. Молдаване на стройках не работали, поскольку ничего не строилось. Подъезды, если и сдавались, то без электронных замков, зато сразу с бомжами и с характерным запахом. Не было ни ночных, ни дневных дозоров - вполне хватало дружинников.

А язык! Сегодняшнее "позиционирование" - наверное, что-то из Камасутры или из творчества Кая Метова. "Пиар" - оттуда же. Китайский пуховик - гарантия качества. Пластмассовые электронные часы - сдача. Подержать в руках десятидолларовую купюру - удача. Двадцатидолларовую - счастье. Тридцатидолларовую - папа опять обменял рубли на барахолке.

Изменился мир. Когда я уезжал, евреи ехали в Израиль, везучие евреи - в Америку, самые везучие ехали на Чукотку и торговали нефтью. И вообще, все как-то старались попасть в Америку. И сейчас стараются, но уже Боингом или баллистической ракетой. Обидно.

А еще помню дыру в кармане, застиранные до смерти единственные джинсы и толпы юных, красивых, вечно доступных девчонок, пусть и с небритыми ногами. А теперь всё это куда-то подевалось... Ну это, конечно, Америка виновата.
dimochkin: (кислорожий)
Разглядываю спутниковые фотографии города, в котором вырос. С высоты город видится ненастоящим, схематичным, упрощённым до набора простых геометрических фигур: прямоугольные крыши хрущёвок, окружности куполов, овалы стадионов, кривые просёлочных дорог, синусоиды рек, отрезки мостов...
Вот крохотный прямоугольник, в котором уместились детство, совсем еще молодые родители, коммуналка, сумасшедшая соседка, бабушка и еще живой дедушка. А вот растянутый овал со спицами, словно погнутое велосипедное колесо - это брошенная на землю тень от "чёртова колеса", с которого когда-то был виден целый мир - почти как сейчас, только тогда он виделся намного яснее.
А вот две параллельные прямые - длинные, тонкие, едва заметные. Это трамвайные пути, застрявший на них старенький, набитый людьми "Жигулёнок" и водитель трамвая, упрямо не желающий тормозить... Удар пришёлся в пяти сантиметрах от бензобака.
А вот и выпускной, институт, друзья на всю жизнь, водка до беспамятства, споры до хрипоты, вспыхнувшая ниоткуда и ушедшая в никуда влюблённость, балкон с голой соседкой, рябина в окно - это уже другой прямоугольник.
Идеальная окружность, прочерченная, словно циркулем с отметиной в самом центре. Это летняя беседка - правильная и простая по форме, как и те, ещё детские чувства, которые скрывает от дождя её круглая крыша. Круглая крыша, круглые дураки...
Чёрный квадрат, вросший в город щетиной голых деревьев - это парк, через который приходится поздно вечером возвращаться домой. И где-то там, за квадратом, у подъезда дежурит мама, стоит задержаться хотя бы на минуту.
А вот ещё один прямоугольник. Здесь уже всё по-взрослому, по-настоящему. Здесь всё впервые - обида, гордость, прощение и прощание. И то, о чём не напишешь.
Вот уже много лет, как я сменил карту, перебрался в чужую систему координат. Другие фигуры окружают меня, да и сама жизнь идёт теперь по другим уравнениям. И всё же, где-то там, в той незатейливой геометрии, умудрился я застрять бесконечно малой точкой... И, похоже, очень надолго.

Следующий пост будет веселее, обещаю.
dimochkin: (кислорожий)
Тема конкурса: День Красной Кнопки

-Точно не хочешь? - малыш в третий раз протянул Карлсону булочку, густо намазанную клубничным вареньем, но тот лишь вяло отстранился.
-Ну как хочешь, - малыш откусил большой кусок и, блаженно улыбаясь, принялся жевать.
-Мубубубуму! - промычал он с набитым ртом.
-Что? - не понял Карлсон
-Я спрашиваю, почему ты всегда такой хмурый?!
-Какой хмурый? - спросил Карлсон и поправил на носу очки с толстыми линзами.
-Ну такой... Во-первых, ты всё время грустишь, лицо у тебя печальное.
Карлсон подозрительно ощупал небритую физиономию и пожал плечами.
-Во-вторых, ходишь ты как старик - весь сгорбленный и ногами шаркаешь... Почему?! Ведь ты же мужчина в полном рассвете сил!
Карлсон устало отмахнулся.
-А одежда? - не унимался малыш, - Ты только посмотри как ты одет - ну прямо как мой учитель географии! Серые брюки, пиджак этот непонятного цвета - он на тебе как мешок болтается! А ботинки? Сколько лет твоим ботинкам?
-Ботинки как ботинки, - флегматично произнёс Карлсон, осматривая коричневые, со сбитыми носами калоши, бывшие когда-то ботинками.
-Не знаю я, - сказал малыш, отхлебнув чаю, - Странный ты. Сладости терпеть не можешь, кашу свою ешь с варёными овощами, - малыш брезгливо поморщился, - И молчишь всё время. Всё-то из тебя нужно клещами вытаскивать!
-Если ты что-то хочешь знать, пожалуйста, спрашивай, - сказал Карлсон и принялся протирать очки носовым платком.
-Ну хорошо...Ну вот... Вот почему ты живешь в подвале? Дальше... )
dimochkin: (Default)
Сегодня я случайно обогнал грузовик с прицепом. Ну как случайно... просто он медленно ехал, а я быстро. Ну так уж получилось. А в прицепе у грузовика были лошади. Это я так предполагаю, что лошади, ведь видел я только одну лошадь. Вернее даже, не всю лошадь, а лишь её заднюю часть. Попу её. Круп. И почему-то мне показалось, что где-то там, в глубине прицепа, находится и остальная лошадь. Ну ведь должна же она быть где-то? Ведь если попа здесь, в прицепе, то и сама лошадь должна быть поблизости? Да и кто будет перевозить лошадиный зад без самой лошади? Глупости это. Лошадь в прицепе была вся целиком.

И вот я подумал: наверное этот человек, который за рулём грузовика, наверное, он очень добрый. Ведь только добрый человек будет перевозить лошадей. Пусть даже, если и виден только зад. Ну не будет злой человек перевозить лошадей. Злой человек может перевозить наркотики, или оружие... Или деньги в больших бронированных джипах. Или трупы в багажнике. Пассажиров, набитых под завязочку в распухшем салоне Газели. Но никак не лошадей. Энтропия добра, производимая лошадью в прицепе, просто раздавит злого человека - он весь размякнет и растечётся лужей по полу... А добрый, пожалуйста. Более того, добрый человек никого, кроме лошадей и перевозить-то не сможет. Ну кого еще? Не людей же...

И еще мне подумалось... Вот когда к этому человеку подходят другие люди, ну там на вечеринке, или на дне рождения, и спрашивают: а кем ты, мол, работаешь? То он отвечает - перевожу лошадей. И другим людям сразу становится мучительно стыдно за то, что они - программисты, доктора, адвокаты, дворники... И не потому им стыдно, что они плохие люди, вовсе нет - просто, это ОН перевозит лошадей, а не они... И люди сразу же опускают голову, низко-низко, и отходят от этого человека в сторону, и у них, наверное, портится настроение на весь вечер. Поэтому, с человеком, который перевозит лошадей, почти никто не общается. Ведь кому хочется всё время чувствовать свою совесть? И поэтому у человека, который перевозит лошадей, очень мало друзей. То есть, у него совсем нет друзей. Только лошади.
dimochkin: (Default)
Где вы сейчас, убитые бевики хамаса, хизбалы и прочей насраллы? Отыскали ли вы свой правоверный рай? Где вы, разорванные на куски террористы-смертники, воины переполненных автобусов, ваххабиты дискотек и утренних кафе? Нежитесь ли в объятиях семидесяти дев?
Прочный ли сейчас у вас под ногами фундамент, "исламские фундаменталисты"? Что ж вам не жилось, мятежным, когда вы ещё были живы? Успокоились ли вы хотя бы теперь? Когда единственное, что в ваших головах - это израильские пули...
Пригрел ли вас под своим крылом всемогущий Аллах? Ведь всё, что вы делали, было во имя Его... Воспользутесь шансом, спросите у него на досуге - этого ли Он от вас хотел? Может быть, вы опять неправильно Его поняли? Может быть, убивать неверного нужно было, в первую очередь, в себе?
dimochkin: (grustnyj)
Иногда хочется вернуться на много лет назад, чтобы, вооружившись накопленным опытом, заново пережить какие-то моменты своей жизни. Вернуться, чтобы сделать что-то иначе, исправить старые ошибки; чтобы рискнуть там, где когда-то не решился или сказать, где когда-то промолчал.

Вернуться, чтобы четыре здоровенные детины вновь обступили у собственного подъезда. Шутка ли - каждому из них по девять, а тебе, всего лишь, шесть. И в ответ на их допрос, сопровождаемый ощутимыми толчками в спину - "Ты еврей? Ну скажи, еврей? Еврей, да??", не вырываться и не бежать со слезами домой к растерянным родителям. А с высоты своих шести лет, посмотреть в глаза главному обидчику - "Да. Еврей. Завидно?" И, задев его локтем, пройти мимо застывших от такой наглости девятилетних дылд. И лишь, завернув за угол, позволить себе выдохнуть.

И чтобы не обходить стороной двор новой девятиэтажки, выросшей рядом со школой и сразу же заселившейся двенадцатилетними уголовниками. Не уходить домой обходными путями, в страхе напороться на терроризирующую всю школу банду. А один раз, пройти мимо, унимая мелкую дрожь в коленях. А если заденут, то подраться. И быть побитым, но подраться, черт побери. И прийти домой с разбитым носом, с порванными галстуком, с кровью на белой рубашке и с честно заработанным уважением к самому себе.

И чтобы не отводить испуганно взгляд, каждый раз встречаясь глазами с той девушкой в троллейбусе номер девять. А переступить через себя, через присохший к нёбу язык и онемевшие вдруг ноги. Набраться наглости и предложить ей загнуть лекцию, на которую она и сама, наверняка, не хочет идти. И пригласить её в институтское кафе, что напротив, на мороженное и чашку кофе - всё равно на большее не хватит стипендии... И плевать, что тебе ничего с ней не светит. Во всяком случае, больше никогда не придётся задавать себе вопрос - а что было БЫ...?

И многое, многое ещё, о чем я никогда здесь не напишу, о чем никогда не скажу вслух. Как хотелось бы вернуться туда, всего лишь один, самый последний раз. Чтобы уже больше никогда не возвращаться.
Page generated Sep. 26th, 2017 07:21 am
Powered by Dreamwidth Studios